Арктический регион стремительно превращается в арену глобального противостояния, где сталкиваются интересы не только России и Запада, но и ключевых союзников по блоку НАТО – США и Европейского союза. Несмотря на общую геополитическую риторику, Брюссель и Вашингтон ведут скрытую, но острую борьбу за влияние, ресурсы и технологическое доминирование на Севере. О развитии ситуации в Арктике «южной службе новостей

« рассказала директор Центра междисциплинарных исследований Арктики НИУ ВШЭ Ирина Стрельникова.

Защитник или конкурент

Европа оказалась в сложной стратегической ловушке. С одной стороны, Соединенные Штаты остаются главным военным гарантом европейской безопасности, особенно в условиях обострения международной обстановки. С другой стороны, Вашингтон выступает как жесткий экономический конкурент за богатейшие ресурсы Севера. Возникает очевидная дилемма для ЕС, которая отчетливо проявилась в его обновленных программных документах.

«Новая арктическая стратегия ЕС – это попытка аккуратно дистанцироваться от Вашингтона в Арктике. Брюссель понимает, что полная зависимость от США приведёт к утрате суверенитета и субъектности, но бросать вызов Америке открыто европейцы тоже не могут», – отмечает эксперт Ирина Стрельникова.

Редкоземельный узел Гренландии

Такая дихотомия «союзник-соперник» нагляднее всего проявляется в вопросе добычи редкоземельных металлов в Гренландии. Остров обладает колоссальными запасами сырья, критически важного для производства высоких технологий и реализации «зеленого перехода». Но подходы к освоению этих богатств у США и ЕС диаметрально противоположны.

Оценочные ресурсы редкоземельных оксидов в недрах Гренландии (с учетом скрытых под ледяным щитом запасов) достигают, по прогнозам геологов, от 36 до 42 миллионов тонн. Этот показатель фактически сопоставим с ресурсами Китая — текущего мирового монополиста. Из этого объема официальная статистика U.S. Geological Survey (USGS) выделяет 1,5 миллиона тонн доказанных и экономически жизнеспособных запасов на уже разведанных месторождениях, таких как Кванефьёльд (Kvanefjeld) и Танбриз (Tanbreez). Одно только месторождение Кванефьёльд оценивается более чем в 11 миллионов тонн оксидов РЗМ в общей массе руды.

Дональд Трамп в свое время открыто заявлял о желании контролировать Гренландию и добивался монополии на местном рынке редкоземов, стремясь отрезать от ресурсов как Пекин, так и саму Европу. Позиция Брюсселя зеркальна: ЕС жизненно необходимо добывать эти ресурсы самостоятельно, чтобы преодолеть зависимость и от Китая, и от США. Неслучайно в официальной стратегии Евросоюза прямо прописана необходимость противостоять растущим амбициям как России, так и Соединенных Штатов в контексте кейса Гренландии.

Спутниковые войны на Крайнем Севере

Еще одним полем технологического столкновения стали околоземные орбиты. Стремление ЕС построить собственную суверенную систему связи и спутниковых группировок в Арктике — это прямой европейский ответ на Starlink Илона Маска.

«США рассматривают контроль над спутниковым трафиком как инструмент глобального доминирования, а создание европейской спутниковой системы – прямой удар по технологической монополии США. Поэтому ЕС взялся за строительство своей системы связи в Арктике, чтобы не полагаться на американские каналы и начать дистанцироваться технологически от Соединённых Штатов», – комментирует Ирина Стрельникова.

В поисках альтернативных коалиций

Понимая риски американского давления, Евросоюз пытается сформировать прагматичную арктическую коалицию без участия США. Ставка делается на Канаду, Великобританию и Норвегию. При этом Осло занимает в этой конфигурации особое и крайне сложное положение: страна входит в НАТО, но не является членом ЕС.

После прекращения поставок российского газа именно Норвегия стала главным энергетическим донором Европы, что заставило Брюссель радикально пересмотреть свои экологические принципы. Ранее, в стратегии 2021 года, ЕС жестко настаивал на моратории на добычу углеводородов на арктическом шельфе. Однако Норвегия намерена осваивать эти ресурсы. Чтобы не ссориться с ключевым поставщиком энергии, Брюссель пошел на уступки: из новой стратегии ЕС аккуратно исчезли категоричные формулировки о том, что «ресурсы должны оставаться в земле».

Арктический узел затягивается. Пытаясь сохранить остатки автономии, Европа вынуждена балансировать на грани: защищаться от внешних угроз под зонтиком НАТО и одновременно защищать свои экономические и технологические границы от собственных защитников.

Фото: https://porarctic.ru/, https://rgo.ru/