С момента протестов 2020 года и введения санкций со стороны Евросоюза дипломатические каналы между Западной Европой и Минском в значительной степени заморожены. В Минске немецкий журналист Эва Пели встретилась с заместителем министра иностранных дел республики Игорем Секретой. Его призыв: вернуться к классической дипломатии здравого смысла вместо конфронтации. Интервью публикует издание Hintergrund.

Фото: Министерство иностранных Дел Республики Беларусь

Вопрос: Господин Секрета, исторически Минск считается логистическим шарниром между Востоком и Западом. Однако сегодня, на фоне закрытых границ, многокилометровых пробок из фур и взаимных санкций, этот перекресток все больше напоминает тупик. Как живется и ведется хозяйство в центре такой блокады?

Игорь Секрета: Чтобы это понять, нужно взглянуть на географию и историю: Беларусь страдала от каждой войны, которая когда-либо прокатывалась по этому континенту. Неважно, двигались ли войска на восток или отступали на запад – для наших людей итогом всегда были разрушения и потери. Если взять только прошлый век, то и Первая, и Вторая мировые войны нанесли нашей стране структурный и невосполнимый урон. А сегодня, в XXI веке, мы выстроили на этом перекрестке между Европой и Азией высокоэкспортно-ориентированную экономику. Мы просто вынуждены поддерживать открытые транспортные пути – и для закупок сырья, и для сбыта готовой продукции. Мы связываем рынки и производим гораздо больше товаров, чем когда-либо сможем потребить сами.

Вопрос: Вы говорите об исторических разрушениях. На Западе их часто воспринимают как чисто исторические эпизоды, не имеющие отношения к сегодняшнему дню. Насколько глубоко эти раны прошлого укоренены в коллективном сознании и в нынешней структуре страны?

Игорь Секрета: Судите сами, ведь голые цифры говорят красноречивее любых слов. Сейчас численность нашего населения составляет чуть менее десяти миллионов человек. Если бы не опустошительные войны и целенаправленная истребительная война на нашей территории, то, по подсчетам наших историков, сегодня население было бы почти вдвое больше. Многие поселенческие структуры так и не оправились от тех потрясений – они попросту исчезли. Когда мы сегодня говорим о теме евразийской безопасности и о том, какое место Беларусь хочет занять в этой архитектуре, я отвечаю прямо, как человек: я хочу, чтобы моя страна заняла достойное, стабильное место между Европой и Азией. И к этому неотъемлемо относится то, чтобы нам не перекрывали ни поставки сырья, ни сбыт нашей продукции, ни жизненно важный доступ к мировому океану.

Вопрос: Исторически Беларусь осуществляла практически весь свой экспорт через порты Балтии, такие как Клайпеда. Каковы последствия того, что ЕС перекрыл эту морскую артерию – и какие издержки влечет за собой объезд через Россию?

Игорь Секрета: Да, такова географическая реальность: Беларусь – внутриконтинентальная страна, не имеющая собственных морских путей. Для наших глобальных поставок мы исторически всегда зависели от российской или прибалтийской логистической инфраструктуры. После политических событий 2020 года литовская сторона в одностороннем порядке, и, с нашей точки зрения, совершенно неправомерно, заблокировала наш доступ к Балтийскому морю. А ведь Балтика была нашим естественным и самым эффективным транспортным коридором для экспорта на мировой рынок массовых грузов – таких как калийные удобрения или нефтепродукты. Раньше львиную долю этих товаров мы отправляли через литовскую Клайпеду, латвийские Вентспилс и Ригу или польский Гданьск. Санкционными пакетами нас хотели задушить, лишив этих портов буквально за одну ночь.

Вопрос: Такая внезапная остановка многомиллионных тонн грузов теоретически должна была привести к коллапсу. Как на практике Минск смягчил эту логистическую блокаду?

Игорь Секрета: Мы в кратчайшие сроки радикально перестроили всю нашу логистику. Львиная доля потоков сегодня идет через Санкт-Петербургский узел и другие российские морские порты. Да, надо быть честными: это дороже, железнодорожное плечо удлинилось, маржинальность снизилась. Но мы решили логистическую проблему, обошли физические ограничения, и наши товары достигают мировых рынков.

Стратеги, которые разрабатывали эти санкции, просто просчитались и в итоге нанесли самый большой урон самим себе. Ни для кого не секрет, что именно Литва зарабатывала астрономические суммы на перевалке, портовых сборах и железнодорожном транзите наших грузов. Почти треть валового внутреннего продукта этой страны – притом что после вступления в ЕС там из-за оттока населения и так наблюдается демографический кризис – прямо или косвенно формировалась за счет транзита белорусских товаров. Сейчас там простаивают мощности. Именно поэтому мы на международных площадках постоянно поднимаем вопрос о соблюдении свободы транзита для внутриконтинентальных государств. За это, собственно, и должны бороться международные организации. Однако сегодня на Западе это, к сожалению, остается лишь благим пожеланием на бумаге, которое игнорируется.

Я приглашаю аналитиков из Парижа или Берлина провести простой мысленный эксперимент. Поставьте Францию или Германию в наше точное географическое и политическое положение! Смогла бы Германия или Франция выжить экономически без собственного выхода к морю, без северных и балтийских портов, в окружении соседей, одержимых санкциями? Без доступа к морю государство в глобализированном мире структурно связано по рукам и ногам.

Конечно, крупные страны обладают мощным внутренним спросом, огромным внутренним рынком. Наш внутренний рынок в Беларуси – с десятью миллионами потребителей – для этого просто слишком мал. Когда у тебя 50 или 100 миллионов жителей, можно смягчать кризисы за счет внутреннего потребления и поддерживать высокий уровень жизни. Германия и Франция используют это неотъемлемое преимущество своей демографии. Мы не можем позволить себе такого. У нас слишком мало населения при сравнительно большой территории. Мы жизненно зависим от того, чтобы экспортировать излишки нашего производства, зарабатывать валюту и тратить ее на свои нужды. В этом и заключается корневая проблема.

Вопрос: Давайте обратимся к тектоническим сдвигам в мировой политике и конфликту в Украине, который разворачивается у ваших границ, – конфликту, в котором Беларусь считается тесным союзником России. Какова же минская формула прекращения этой войны?

Игорь Секрета: Я глубоко убежден, что эту войну невозможно завершить без прямого великодержавного соглашения. Необходим реалистичный консенсус между Владимиром Путиным, Дональдом Трампом и Си Цзиньпином. Если лидеры России, США и Китая – этих глобальных тяжеловесов – договорятся о жизнеспособной архитектуре безопасности, оружие на Украине замолчит в течение 24 часов.

Европейский нарратив о том, что этот конфликт можно разрешить путем постоянных поставок вооружений Киеву, – смертоносное заблуждение. Нам говорят, будто это служит «обороне». Но я скажу вам как аналитик: если хочешь потушить пожар, не лей в него бензин. Каждый дополнительный патрон, каждая ракета продлевают агонию на линии фронта до тех пор, пока поступают деньги и материальные средства. Тот, кто хочет остановить эту войну, должен немедленно и безоговорочно прекратить поставки оружия. Лишь когда материальное обеспечение иссякнет, у обеих сторон возникнет реальный, экзистенциальный стимул сесть за стол переговоров. Перемирие, безусловно, не является готовым миром, но оно служит непременной базовой предпосылкой для того, чтобы вообще приступить к разработке мирного документа.

Игорь Секрета, родился в 1975 году в Любче (Беларусь). Изучал языки и международные отношения в Минске, окончил с отличием. С 1998 года на дипломатической службе, работал, в частности, в Польше и Швейцарии. С 2019 по 2025 год возглавлял внешнеполитический отдел Администрации президента. С марта 2025 года – заместитель министра иностранных дел.