Ежегодный прием по случаю официального дня рождения короля Великобритании Карла III, организованный британским посольством в Москве, традиционно считается одним из наиболее заметных мероприятий дипломатического календаря. В разные годы его гостями становились представители политических, общественных, научных и культурных кругов России, а само мероприятие воспринималось как часть дипломатического протокола и площадка для неформального общения. Однако в условиях практически замороженных российско-британских отношений, взаимных санкций и беспрецедентного ухудшения политического диалога подобные приемы все чаще рассматриваются не только как элемент дипломатического этикета, но и как инструмент внешнеполитической коммуникации.

Дополнительные вопросы вызывает участие в таких мероприятиях российских общественных деятелей, ученых и представителей культуры, а также роль дипломатических приемов в поддержании неформальных контактов между зарубежными дипломатическими миссиями и различными общественными кругами принимающей страны.

Отдельной темой дискуссии остается использование механизмов так называемой «мягкой силы» и деятельность иностранных дипломатических представительств в условиях продолжающегося геополитического противостояния.

Давняя традиция

Своей оценкой этих процессов с редакцией поделился руководитель экспертно-аналитической сети PolitRUS, эксперт по международным конфликтам Виталий Арьков.

По его словам, ежегодные приемы в британском посольстве являются давней традицией и в так называемой «прошлой жизни» пользовались большой популярностью не только в либеральной «тусовке», но и среди вполне консервативного политического истеблишмента, в том числе депутатов от правящей партии.

Некоторые из них имели (и имеют?) недвижимость на Туманном Альбионе, а также обосновавшихся там родных и друзей, отметил он.

«С другой стороны, конечно же, это элемент внешней политики Лондона, который пытается продемонстрировать восстановление своего прежнего мирового влияния – так называемой викторианской эпохи. Стремление к чему все более заметно на фоне очевидного выбывания Евросоюза при нынешнем руководстве из «высшей лиги» и столь же очевидных серьезных фиаско администрации Трампа в отчаянных попытках сохранить гегемонию США», - считает эксперт.

Участие в приемах и политический контекст

Арьков отметил, что есть те, кто посещает мероприятия в посольстве Соединенного Королевства по долгу службы, однако речь идет не о них. Кроме того, по его словам, речь не идет и о тех представителях науки и культуры, чья деятельность связана с британскими коллегами.

«И это можно было бы расценивать как дань уважения британским коллегам при другой ситуации, но не сейчас, когда официальный Лондон открыто выступает на стороне террористического киевского режима. И дело даже не в антироссийских санкциях – если бы только ими всё и ограничилось. Ведь все прекрасно знают, что британские беспилотные катера под управлением британских же военных специалистов атакуют российские гражданские суда и порты, а от британских БПЛА и крылатых ракет, в нацеливании которых также принимают участие британские военные специалисты, гибнут мирные российские граждане», - заявил политолог.

По его мнению, отбросив дипломатическую деликатность, можно констатировать: Великобритания принимает самое активное участие в войне против России.

«И посещая приемы в британском посольстве в такой ситуации, поднимая бокал в честь Карла III — «из уважения» к британским коллегам — это презрение к собственной стране и народу, глумление над невинными жертвами британских вооружений», - сказал Арьков.

Кроме того, политолог заявил, что есть и такие граждане (пока) России, которые посещают подобные мероприятия из политических убеждений — так называемая «пятая колонна».

«Возможно, и с надеждой получить политическое убежище, а также «корзину печенья и бочку варенья», - добавил он.

«Мягкая сила» и дипломатические контакты

По мнению Арькова, дипломатические приемы активно используются зарубежными государствами для установления и поддержания неформальных контактов с представителями научной, культурной и общественной среды принимающей страны, причем не только представителями британских спецслужб, до поры до времени прикрывавшими свою шпионскую и подрывную деятельность дипломатическим статусом.

«Ранее, когда в России буйным цветом цвели различные западные НКО, разумеется, делать это было легче. Наведение долгожданного порядка в этом вопросе серьезно осложнило ту же вербовочную деятельность иностранных спецслужб, и приемы в посольствах под благовидным предлогом остались одной из немногочисленных возможностей для них», - отметил эксперт.

Арьков подчеркнул, что в самой «мягкой силе» ничего дурного нет, и Россия также активно использует этот инструмент для продвижения своей культуры и искусства, усиления интереса к стране, в том числе через проекты Россотрудничества, например Русские дома.

«Однако в данном случае, когда мы говорим о нынешней британской активности в России, говорить о мягкой силе мне кажется неуместным. Да и сам Лондон сейчас не скрывает своего враждебного отношения к Москве, сбросив маску», - сказал политолог.

Исторические соперники

По его словам, Великобритания и Россия исторически являются соперниками.

«Именно Лондон всегда пытался распространить свое влияние в безусловной зоне интересов Москвы и культивировать сепаратизм. Единственный период относительного партнерского взаимодействия наших стран – это Вторая мировая война. Когда обретший могущество не без участия в том числе и британских правящих элит нацистский режим в Германии стал представлять серьезную угрозу и самому Соединенному Королевству, а реальным союзником в борьбе с ним мог быть тогда только СССР. Но уже в марте 1946 года Уинстон Черчилль выступил со своей скандальной Фултонской речью», - отметил Арьков.

В условиях практически замороженных отношений между Москвой и Лондоном подобные мероприятия приобретают уже не столько дипломатическое, сколько политическое и символическое значение, заключил политолог.

Таким образом, дипломатические приемы в современных условиях оказываются не только частью международного протокола, но и становятся поводом для более широкой дискуссии о характере межгосударственных отношений, механизмах внешнеполитического влияния и роли неформальных контактов в международной политике.